Главная » аналитика » Узбекистану вряд ли угрожает экономический кризис

Узбекистану вряд ли угрожает экономический кризис

Статистика

  • 399,727 просмотров

Введите Ваш email, чтобы следить за блогом и получать обновления

Присоединиться к ещё 1 847 подписчикам

Несмотря на некоторые тревожные сигналы, Узбекистану вряд ли угрожает экономический кризис, считает эксперт ИА REGNUM Никита Мендкович.

Павел Кравец. В Бухаре.

Иллюстративное фото, автор Павел Кравец

По официальным данным, Узбекистан, в отличие от многих постсоветских стран, почти не затронул экономический спад в России. За 6 месяцев 2015-го национальный ВВП вырос на 8,1% относительно аналогичного периода прошлого года.

Однако, несмотря на хорошие валовые показатели в узбекской экономике стали появляться тревожные сигналы:

падение внешнеторгового оборота, который в 2014-м сократился на 3% (экспорт на 6,5%), в первом полугодии 2015-го — на 9,3% (11,4%). По сведениям автора, снижение показателей связано с падением мировых экспортных цен на нефтегазовое сырье и хлопок.

Внешнеторговый оборот Узбекистана в январе-июне 2014 и 2015 гг.

Внешнеторговый оборот Узбекистана в январе-июне 2014 и 2015 гг.

 

потребность страны в импорте широкой номенклатуры товаров от продукции машиностроения (45%) до продовольствия (11,3%), общая стоимость которых ежегодно составляет до $7 млрд. Согласно правительственной статистике, в настоящий момент Узбекистан имеет положительный торговый баланс. Но в первом полугодии 2015 года отмечено резкое сокращение величины профицита внешнеторговых операций, который сократился с $482 млн. за тот же период 2014-го до $83,4 млн., т. е. почти в 6 раз.

диспропорция между производственным сектором экономики и сферой услуг. Узбекистану удалось сохранить промышленный потенциал, но не преумножить его. Сейчас доля промышленности в ВВП (24,1%) больше, чем в кризисном 1995-м (17%), но еще уступает последнему советскому 1991 году (более 26%).

Сокращение доли сельского хозяйства происходит не столько за счет роста промышленного производства, сколько за счет непомерного расширения сектора услуг. По данным 2014 года, различные виды услуг, включая транспорт и связь дают более 53% ВВП страны, причем в секторе услуг занято более половины работающего населения.

Частично это связано с географическим положением республики, которая может зарабатывать за счет расположения узловых железнодорожных станций на своей территории и пользоваться положением монополиста на рынке железнодорожного транзита российских и казахстанских товаров в Таджикистан, Киргизию и Афганистан. Хотя развитие прямого железнодорожного сообщения между Казахстаном и Туркменистаном, конечно, нарушает эту монополию.

Однако, по имеющимся оценкам, транспорт дает не более 12−15% ВВП, следовательно, большая часть услуг ориентирована на внутреннее потребление и поддержание платежеспособного спроса на них целиком зависит от других секторов экономики. Таким образом, серьезное сокращение производства в машиностроительной и топливной отрасли может легко привести к «проседанию» экономики за счет пропорционального сокращения сектора услуг.

фото Наталии Шулепиной

фото Наталии Шулепиной

 

Так, негативные явления затронули один из «флагманов» национальной промышленности — автомобильный завод «GM-Uzbekistan». Временную остановку производства на предприятии официально объяснили «техническими» причинами, но то, что она последовала за снижением производства в первом полугодии на 6,5%, вызывает подозрения в наличии серьезных проблем.

административное давление на бизнес, коррупция, проблемы в развитии инфраструктуры и кредитной политике часто сдерживают развитие реального производства.

перекосы в развитии сельского хозяйства, в результате демонтажа системы коллективных хозяйств и ставки на развитие малых форм земледелия. В результате значительная часть земельного фонда оказалась в пользовании индивидуальных (дехканских) хозяйств, которые производят сейчас около 63,4% всей сельскохозяйственной продукции (против 27,7% в 2000-м).

Между тем, малые хозяйства часто неэффективны из-за нехватки оборотных средств на закупку техники и удобрений.

Ташкентская область, фото UzMetronom

Ташкентская область, фото UzMetronom

 

По данным исследований прошлых лет, во многих районах возникла прослойка хронически убыточных фермеров, причем зачастую именно тех, кто занимается производством предназначенного на экспорт хлопка. Некоторые специалисты это связывают с низким уровнем государственных закупочных цен.

проблема скрытой безработицы. Несмотря на то, что, согласно правительственной статистике, показатели безработицы в стране сравнительно невелики, сотни тысяч людей не могут найти достойную работу на родине и уезжают за рубеж. Только в России, по официальным данным ФМС РФ, на март 2015-го граждане Узбекистана составляли крупнейшую группу иностранцев в стране — более 2 млн. человек. Некоторые эксперты называют еще более высокие оценки численности узбекистанских мигрантов в РФ — вплоть до 5 млн. человек.

Гастербайтеров из Узбекистана можно встретить не только в России, но и в республиках Средней Азии, причем не только в Казахстане, но даже в менее успешной Киргизии. В основном, это безработные жители сельских районов страны.

— помимо перечисленных неблагоприятных факторов, в экспертной среде обсуждаются риски сокращения добычи газа в связи с исчерпанием запасов в ближайшие годы, уменьшения инвестиций в национальную экономику и сокращения темпов роста ВВП в 3−4 раза. Говорится о возможном начале стагнации в течение следующих 15 лет. Отмечается вероятность нарастания дефицита водных ресурсов для сельскохозяйственного орошения.

Между тем, автор не склонен драматизировать экономическую ситуацию в Узбекистане. В своем анализе Н. Мендкович опирается на данные МВФ о том, что душевой ВВП страны в 2014 году превышал $2000, что выше, чем в Таджикистане ($1113) и Кыргызстане ($1299), хотя и значительно меньше, чем в России и Казахстана (более $12000).

По его мнению, высокий, в сравнении с ближайшими соседями, уровень ВВП во многом обусловлен тем, что Узбекистан не превратился в полностью аграрную экономику и сохранил ряд важных предприятий. На 2013 год доля промышленности составляла более 24,1% ВВП, что больше, чем, например, сельское хозяйство (17,6%). При этом крупнейшим индустриальным сектором является даже не топливная промышленность (15% от промышленного вала), а машиностроение (18%). Активны также легкая (13,1%) и пищевая (15,7%) отрасли.

Несмотря на возможные подозрения в статистическом «лукавстве», в республике несомненно существуют и работают производства ряда видов бытовой техники, парфюмерии и разнообразных продуктов питания, продолжают действовать химическая и автомобильная промышленность, — считает автор.

Наличие проблем, включая фундаментальные, сомнений не вызывает, однако по отзывам многих граждан страны они знали, как минимум, худшие времена.

При этом в ближайшие годы существует риск замедления экономического роста, и пока не вполне ясно, как власти планируют решать эту проблему. Судя по официальным декларациям, планируется делать ставку на наращивание доли частного бизнеса в ВВП, развитие малого предпринимательства, модернизацию обрабатывающих производств и сокращение сырьевой компоненты. После недавнего электорального цикла было объявлено о сокращении административного давления на бизнес и были приняты некоторые нормативные акты, хотя эффект от этих мер пока неясен.

Таким образом, как считает автор, в Республике Узбекистан существует комплекс серьезных социально-экономических проблем, к которым можно отнести большое число трудовых мигрантов, проблемы в развитии сельского хозяйства и непомерный сектор услуг. Однако несомненны и факторы, способствующие успешному развитию: имеющиеся промышленные мощности, «транзитный ресурс», удерживающийся пока положительный баланс внешней торговли.

По мнению Н. Мендковича, совокупность доступных фактов не позволяет говорить о непосредственной и близкой угрозе экономического кризиса в Узбекистане, что не отменяет, конечно, весьма серьезных проблем, которые должны решить общество и власть.

 

Подробнее: http://regnum.ru/news/economy/1948554.html

 

Об авторе: Мендкович Никита Андреевич – политолог, эксперт Российского совета по международным делам (РСМД), специалист по Афганистану, странам Центральной Азии.

Выпускник Российского государственного гуманитарного университета (РГГУ, 2006). Специализировался в области развития отрасли связи и информационных технологий. Участник ряда инициатив по противодействию фальсификации российской истории.

С 2007 года сотрудничает с Центром Изучения Современного Афганистана (ЦИСА), с 2009 года – эксперт Института развития информационного общества (ИРИО). Автор «Нового Восточного Обозрения» Института востоковедения РАН, ресурсов Афганистан.ру и «Актуальная история». С 2010 года — сотрудник редакции русскоязычного экономического бюллетеня «Мизан», посвященного экономике Афганистана.

Реклама

Что вы об этом думаете?

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s