Главная » мнение » «По возвращении домой мы испытали странную смесь восхищения и облегчения»

«По возвращении домой мы испытали странную смесь восхищения и облегчения»

Статистика

  • 395,769 просмотров

Введите Ваш email, чтобы следить за блогом и получать обновления

Присоединиться к ещё 1 847 подписчикам

Живые впечатления от путешествия по Узбекистану «копирайтера-призрака и гонзо-журналиста» Сергея Короля:  где-то с едва уловимой иронией, кое-где с неприкрытым хлестким сарказмом или даже злостью. Местами противоречивые и поверхностные, с фактическими ошибками, основанными на байках «всезнающих» таксистов, но без глянца и не менее часто встречающегося снобизма. А такой искренний и незамыленный взгляд со стороны ценнее восторженных пересказов туристических путеводителей и несомненно полезнее.

63

Ниже выдержки из блога в несколько измененной последовательности. Все фотографии автора.

***

Во вступлении к рассказу о путешествии принято писать что-нибудь вроде: «Узбекистан — это удивительная страна, волшебный мир Востока, который манит случайных пут…». Но это безнадёжная ерунда, всё совсем не так.

Перед поездкой пытались почитать узбекских писателей, особенно современных — это здорово помогает в восприятии новой для себя страны. Но современные писатели не обнаружились, или их просто нет на русском языке. Есть только всякие советские авторы, но их читать не хочется.

Обычно из узбекских писателей вспоминают Алишера Навои, поэта и философа-суфиста. Он странный и фаталистичный, с ангелами в строках и призывами к самому себе: «О, Навои, какова тебе судьба такая!». Дельфин мог бы писать музыку на его стихи. А еще именем Навои назван крупный промышленный город. «В нём всё есть: и бензин, и свет» — сказал случайный таксист.

Начнём с географической разминки.

Узбекистан оказался в самом сердце среднего Востока. Сверху его прижал тяжёлый Казахстан, Он упёрся локтем в горы Памиро-Алая, и разрезал страну на две неравные части. Справа оказалась Ферганская долина: с набожными женщинами в плотных чёрных одеждах, садами и вечными туманами с окружающих гор. Слева распростёрлась сухая и безлюдная местность с ниточкой дороги: от Самарканда через Бухару и Хиву к далёкому Нукусу, под боком у умирающего Аральского моря. А между ними — Ташкент, столица, город богатых таксистов.

52

Путешествовать по Узбекистану непросто, но нужно. Всё самое интересное Аллах размазал ножом по пористому пустынному хлебу. Места и события прячутся в степи, связанные сутками пути.

Когда ехать?

В Узбекистане зимой так жарко, что аж холодно. Погоды и климаты затейливо вложены друг в друга. В Ташкенте утром тебе будет душно в куртке и ты снимешь её, чтобы спустя пять минут замёрзнуть в случайной тени. В Фергане начнёшь бесконечно мёрзнуть в тумане и встретишься со снегом на горном перевале — «Нексия» топит салон всеми силами своей печки. В Бухаре будет наконец достаточно тепло для футболки, которая измялась в углу чемодана. Но стоит только солнцу зайти за тучу…

44

Впрочем, это случается редко. В Узбекистане вы редко увидите тучу или хотя бы небольшое облако. Небо над головой чистое более 250 дней в году. Именно поэтому здесь так хорошо растёт хлопок, вторая государственная ценность после газа.

В Узбекистан не стоит ехать ни зимой, ни летом. Зимой здесь плюс минус несколько градусов, холодно и сыро (лучше в Петербург езжайте). Летом здесь очень жарко. В середине июля наступает пик жары, «чилля», плюс сорок днём и плюс двадцать пять ночью. Люди сидят по глиняным домам и даже скотину не пасут. Зато поздней весной и ранней осенью цветёт пустыня, зреет черешня и знаменитый персик «белый лебедь». Тогда и надо ехать.

Первые впечатления

От Москвы до Ташкента — четыре часа лёта и минус два часа времени. Самолёт «Узбекистон хаво йюларри» наполнен смуглыми белозубыми мужчинами, которые без конца улыбаются и теребят стюардесс. Те возятся с ними словно с детьми.

После посадки иностранцы принялись заполнять таможенные декларации: требуется описать всё ценное и особенно электронное, вплоть до флешки в фотоаппарате. Всех просвечивают, простукивают и пронюхивают. Ладно мы, с рюкзаками и набором носков! Узбеки везут домой на самолёте множество разнообразного хлама: мультиварки, бухты кабеля, детские кубики размером с кулак. По багажной ленте аэропорта едет выставка неудачного промышленного дизайна. Иногда лента останавливается, и пассажиры зачем-то усаживаются прямо на неё.

Страна и люди

Большинство представляют себе Узбекистан как советскую страну в пустыне, где покрытые мудрыми сединами старцы водят ишаков, смотрят вслед заходящему солнцу и общаются исключительно былинами, на манер Ходжи Насреддина. Так вот, так оно и есть.

Узбекистан — это древняя страна

А еще Узбекистан — это древняя страна. В ней Тамерлан ел свою конину и Улугбек рассчитал движение светил с секундной точностью, по ней неторопливо шли караваны Шёлкового пути и стоял лагерем Александр Македонский. В Узбекистане вполне могли бы снимать Аладдина — Бухара или Хива подойдут и архитектурой, и колоритом.

В Узбекистане вдоволь отвыкаешь от светового шума. В городе мало мигающей рекламы, на дорогах и городских улицах нет фонарей. Это помогает почаще смотреть на небо. Звёзды на нём маленькие и холодные, но яркие. Так, я впервые увидел Млечный Путь — жидкий и едва различимый звёздный мазок по иссиня-чёрному полотну бесконечности. Увидел, как Луна бывает наклонённым серпом, Большая Медведица стоит на ручке своего ковша.

Перед самым отъездом в Бухаре застали лунное гало. Мы полчаса просто стояли и смотрели на него, пытаясь сфотографировать. А потом пролетающий мимо самолёт расчертил его инверсионным следом для полноты художественного эффекта.

мы нечасто встречали людей в национальной одежде

Почему-то мы нечасто встречали людей в национальной одежде, хотя её детали прослеживаются повсеместно. Кто-то носит тяжелый и пыльный халат с вышивкой, кто-то национальный головной убор в виде прямоугольной кипы. Местные ласково называют его «бюпишкой». Бюпишки отличаются в каждом регионе. В Фергане они высокие и белые.

Женщины часто прикрывают ноги и носят махровые халаты с длинной полой. Свежезамужние щеголяют в блестящей вышивке. В Фергане случайно увидели невесту на заднем сиденье тонированной «Нексии». Она гордо носила диадему и была похожа на принцессу Лею из «Звездных войн».

Узбеки — это тюрки, народ более восточный, чем нам может показаться. Если путешествовать вниз, через Шахрисабз и Термез, то через несколько часов вы пересечёте один из множества «мостов дружбы» и окажетесь в Афганистане. Раньше по этим мостам входили и уходили советские военные с усталыми улыбками на лицах и красными флагами на бронированных спинах БТРов. А сейчас афганцы и узбеки ходят по ним друг к другу в гости, игнорируя пограничный режим.

А значит, рядом и «Талибан», и «ИГИЛ». Недаром чем ниже дорога, тем чаще на ней встречаются блок-посты. У самой границы с Афганистаном посты стоят через каждый час пути.

61

В Фергане гостили у дяди М. Дядя — бывший офицер государственной безопасности, человек с ровной и прочной психикой. Он ездит на БМВ. На второй день в бардачок иномарки он припрятал наши загранпаспорта, «чтобы мы их не потеряли». С ментами на блокпостах дядя здоровается за руку, уличные торговцы ему скидывают цену сами.

Блокпосты дядя одобряет. Говорит, что так государство заботится о безопасности своих граждан. Мы рассказываем, что у нас такого нет. «Будет, обязательно будет!» — успокаивает нас дядя.

После того как мы уехали, в стране ввели чрезвычайное положение. Внутренние войска в Ташкенте подняли по боевой готовности, в Фергане поставили дополнительные посты (кажется, что для них с трудом нашли место в долине).

А еще Узбекистан показался нам столицей взяточничества.

За деньги нас посадили на хорошие места в самолёте и пустили рано утром в закрытый Регистан — комплекс мечетей и памятник мусульманской архитектуры. Мы громко топали по кованым крышам, пугали голубей из минаретов и запинались об задубевшие носки строителей-реставраторов. А в аэропорту сотрудник от жадности едва не порвал деньги, протянутые ему под посадочным талоном.

Регистан — комплекс мечетей и памятник мусульманской архитектуры

Знайте: если что-то закрыто или нельзя, то можно. Если вам нужен ключ или доступ — ищите мента. Это неприятно, но действенно. Узбекские полицейские от бедности и скуки напоминают ишаков: они кормятся сами.

Как и от ишаков, пользы от них немного. Там, где в России стоит один полицейский, в Узбекистане будет бродить десять: без оружия, дубинок и даже без раций. Кажется, что они не могут защитить даже самих себя. Полицейское государство в худшем виде — государство полицейских.

411

Важная узбекская особенность — это регистрация. Иностранцу следует зарегистрироваться в стране за три дня или раньше. Иначе на выезде его ждут большие штрафы и даже депортация. Регистрируют путников в каждом отеле: вносят в специальную книгу, выдают специальную бумагу с штампом. В одной из гостиниц я случайно заметил на столе докладную записку на имя начальника местной полиции: «За сим уведомляем, что иностранный гражданин Сергей Коро…». Остаток бумаги был скрыт под прочими подобными, и дочитывать я не решился.

Узбекистан — это страна победившего чёрного рынка. У доллара есть два курса: официальный и тот, по которому нужно менять. Обычно они отличаются в два раза. Государство покупает сто долларов за 260 тысяч сум, а на рынке за них вам дадут 520. А вот обратно вы их уже вряд ли купите.

Машина в Узбекистане может стоить пять тысяч долларов, но по чёрному курсу. А значит, что за неё придётся переплатить вдвое на чёрном рынке.

В Узбекистане носишь деньги толстыми пачками

В Узбекистане носишь деньги толстыми пачками и никогда в них не всматриваешься. Зато потом, дома, понимаешь, что они довольно красивые. Сумы покрыты орнаментами, словно хард-рокер — татуировками. На банкноте в 200 сум нарисован зверь, из которого выглядывает любопытный ребёнок. Это знаменитый лев-тигр с медресе Шердор, он несёт на спине Солнце.

Банкнота в 500 сум — это мелочь, на неё мало что купишь. Я долго пытался найти банкноты номиналом поменьше, ведь должны же быть! А ведь есть банкноты в 5, 3 и даже 1 сум!

Транспорт

В Узбекистане есть железнодорожное сообщение, но и оно с восточным колоритом. До Самарканда можно домчать на скоростном поезде «Афросиаб», но только если получится купить билеты — их выбрасывают в кассу за три часа до отправления, прямо как в старые добрые времена. Есть поезд «Шарк», но и он не акула — едет долго и по философии ближе к плацкарту. А в Фергану вообще на поезде не доехать, потому что горы. В неё есть долгий и тяжёлый железнодорожный путь через Таджикистан и иже с ними, двое суток через три границы.

В Фергану если и стоило ехать, то только ради горного перевала. Путь туда — из тёплого Ташкента прямо через поля, а потом вверх зигзагом. Спустя час пути зелёное вокруг меняется на белое. Снег в горах выпадает раньше, идёт дольше и падает хлопьями размером с ладонь.

Обратно ехали три дня спустя, и ночью. До перевала домчались в сплошном тумане, который полз по земле подвижной ватой. В гору ползли бесконечной пробкой, мечтая не встать под расчистку трассы. Из Ферганы в Ташкент — одна дорога, и если её завалит, долина отрежется насмерть (так уже бывало). Время от времени я открывал окно, дышал ледяным воздухом, смотрел на горы и звёзды. Было холодно и страшно. Спустя пять часов пути, спускаясь, мы остановились перед вечно работающей чайханой. Всё внутри покрыто паром и сонными разговорами. Правило двенадцати часов для плова тут не действовало, его готовят и подают круглосуточно.

Узбекский поезд — это колорит и виды за окном

Узбекский поезд — это колорит и виды за окном, разок проехать стоит только ради них. Проводники по очереди предлагают доплатить за спальные места. Потом выяснится, что они продают тебе своё, проводницкое купе. Откажешься, а они будут долго и громко играть в купе в футбол на мобильных телефонах. Где еще такое встретишь?

А еще обязательно стоит посетить железнодорожный вокзал. Это не вокзал в нашем понимании, с бомжами, голубями и булками из кислого теста. Узбекский вокзал — это храм, это мечеть полицейского государства. Он обнесён забором с будочками, полными скучающих сотрудников. Без билета и паспорта в него попасть нельзя. Внутри холодно и пустынно, на каждого пассажира приходится по пять-шесть ментов.

Мы провели на вокзале четыре часа ночью в ожидании утреннего поезда. Было невыносимо холодно, и согреться попытались в комнате отдыха. Мы едва не умерли в промерзшем коридоре, пока сотрудник пересчитывал наши деньги, а затем мучались под тонкими одеялами в большой комнате без отопления. Наверное, это был единственный раз, когда мы в Узбекистане действительно рисковали своими жизнями.

45

Таксист — лучший друг путешественника. Таксист подскажет курс доллара, отвезёт в место с вкусным пловом и самсой, подождёт или вернётся, чтобы забрать. Если вы будете благодарными слушателями и не постесняетесь задавать вопросы, то судьба вас вознаградит.

Хороший попутчик — это половина путешествия. Иной раз четыре часа в машине мучаешься, как на электрическом стуле. А всё потому, что поговорить не с кем: водитель ведёт молча, насупившись, а пассажир на переднем сиденье без конца рассматривает экран своего мобильного. Дорога без историй утомляет, выбивает всю душу на каждой кочке.

То ли дело, когда попутчик оказывается говорливым, да еще и знает русский язык хоть немного (но это необязательно). Можно узнать кучу интересного: где шли войска в Афганистан, почему в стране мало бензина, почему самолёты из Ташкента летают в Токио. За десять дней я услышал сотни замечательных историй. Жаль, что я не удосужился их записать и забыл почти все.

28

В путеводителях пишут, что в Узбекистане нужен проводник. Но это скучный путь. Лучше разговаривайте с таксистами, пока он вас везёт. Помните: в Ташкенте поездка по городу стоит не дороже 6-8 тысяч, а в Самарканде вас отвезут за фиксированные 2 тысячи с человека — можно просто садиться и ехать. Убер-поп в азиатской столице.

Когда говоришь что ты из Москвы, обычно переспрашивают: «Из самой Москвы?», словно есть какая-то не сама. На самом деле в России и Москве были почти все узбеки: кто-то учился, кто-то работал, у многих живут дети и родственники. Поговорить о Москве — это отличный способ скоротать время в долгом путешествии.

Другие темы не такие радостные. Курс доллара на чёрном рынке, тот же ИГИЛ, и прочие печали узбекской жизни.

Вы наверняка привезёте историю об удивительном узбекском таксисте. Он остановит машину и станцует, чтобы вы убедились в его таланте. Или будет долго одной рукой перебирать пыльные аудиокассеты, чтобы из динамиков понеслись напевы Надежды Кадышевой. Когда ты будешь выходить, он спросит: «А она еще жива? Очень её люблю, так и передай».

Гостиница

В Самарканде мы поселились в гостинице с каким-то слегка пошлым названием, я уже и не помню, каким. Что-то вроде лесби-хаус, кажется. Сначала нас долго не заселяли, требовали заплатить сумами по официальному курсу доллара (то есть в два раза дороже, чем указано на сайте букинга). Мы грозили позвонить в букинг, и разбираться с нами приехал менеджер гостиницы. Он оказался чрезвычайно милым парнем, дал скидку и мы счастливо заселились. На чек-ауте он развлекал гостей невиданным девайсом — счётной машинкой для денег.

12

Лесби-хаус оказался потрясающей гостиницей. Он похож скорее на музей, который варварски переоборудовали под отель. В резные потолки вбита дизайнерская люстра, на фрески в обеденном зале повесили провода и выключатель. Половину времени я радовался великолепным интерьером, а вторую половину печалился за их судьбу.

Философские наблюдения

Запрет на изображение людей превратил Узбекистан в страну с удивительной визуальной культурой. На всех памятниках у людей усреднённые лица, все древние и знаменитые похожи друг на друга, словно близнецы после ЭКО.

Зато развился орнаментализм. Мечети украшены затейливыми узорами: листья, прямоугольники и звёзды сплетаются в бесконечном изысканном танце. Неумелый взгляд видит в узорах узоры, опытный читает их. Вот это — не два квадрата друг в друге, а символическое изображение шести ворот рая. А это — не просто узор, а шахада: أَشْهَدُ أَنْ لاَ إِلَهَ إِلاَّ اللَّهُ وَ أَشْهَدُ أَنَّ مُحَمَّدًا رَسوُلُ اللَّهِ, «Ашхаду алля иляха илля ллаху ва ашхаду анна мухаммадан насулю ллах». Нет бога кроме Аллаха, и Магомет — пророк его.

35

Орнаментализм сохранился даже в позолоченном алюминии советского безбожества.

37

В узбекской эстетике нет преклонения перед старым, про древнее я уже не говорю. Когда веками живёшь в восточной сказке, то древние мечети и крепости спускаются с исторического уровня на повседневный.

46

В старом минарете можно хранить дрова для тандыра, возле замка построить электроподстанцию и питать ею лампочку.

121

Кажется, что узбекская эстетика — это сущность иного порядка. Она скорее питается временем, а не вещами. Пить чай важнее, чем картина. Это удивительно и странно.

29

В Узбекистане удивительное отношение к смерти. В ней нет трагизма и фатализма. Смерть — это нормально, это бывает. Главное жить праведно и быть полезным людям, и тогда после смерти тебя похоронят в большой гробнице. Её стены украсят мозаиками, а двери — изящной резьбой. Ты будешь лежать внутри под ровным и плоским гранитным камнем, на который будет падать свет из крохотного окошка в куполе. Туристы из Китая, Японии, Кореи или Москвы станут в недоумении заходить внутрь, а кто-то поставит на надгробие свой рюкзак, чтобы снять крышку с объектива.

Когда шесть веков назад строили величественный Регистан, неизвестный мясник семь лет бесплатно поставлял мясо рабочим. После его смерти строители выполнили завет и похоронили мясника прямо у входа в медресе. Теперь это место считается священным.

16

Традиции гостеприимства

Говорят, при дворе Тамерлана угощали особенным образом: сначала на столы гостям ставили много алкоголя и долго поили. Потом напитки убирали и кормили, обычно блюдами из конины. Это порядком удивляло европейских послов, которые либо напивались, либо страдали от сухомятки.

В современном Узбекистане кормят как твоя бабушка. Традиции гостеприимства заставляют угощать гостя до тех пор, пока он не начнёт молить о пощаде. Будьте осторожны, когда соберётесь в гости. Особенно к узбекской бабушке.

О еде

Первые несколько дней радуешься узбекской кухне. Прямо в восточную сказку попал: тут тебе плов, там тебе самса. К концу недели устаёшь от неё и тайком ищешь чизкейк в форсквере, но не находишь ничего. Через полторы недели мечтаешь о лапше и шоколаде с консистенцией, отличной от пластилина.

Узбекистан показался нам страной с небогатой кулинарной традицией. Наверное, «Афиша» бы нашла пять мест, но мы как-то не очень смогли, хотя бывали и в копеечных забегаловках, и в приличных ресторанах. Мясо с мясом в тесте.

25

Как известно, плов в хорошем месте заканчивается к полудню. От полудня до обеда кормят пловом из второго казана. Считается, что это как бы похуже, но мы не поняли, почему так. Плов варят в огромных чанах, в таких черти в аду купают души грешников. Он дышит паром, блестит жиром и перемешивается половником размером с добрую лопату.

Если будете брать плов, берите полпорции. Вам принесут огромную гору жёлтого риса с изюмом, барбарисом и алой морквой. В плове найдёте куски мяса размером с хомяка — режьте мясо на доске, а затем бросайте обратно в рис. Ешьте жадно, не стесняйтесь. И ничего не бойтесь.

49

Чай здесь бывает двух видов: чёрный и зелёный. Если попросишь чаю, то всегда принесут зелёный. В расписном чайнике будут плавать крупные чаинки, а сам напиток окажется крепким и душистым. Если попросишь чёрного чаю, посмотрят на секунду дольше, но принесут в итоге и его. В чайнике будет одиноко барахтаться заварной пакетик. Чай обычно подают к любым блюдам, часто он бесплатный. Местные жители с удовольствием предпочитают ему кока-колу, и даже плов запивают газировкой.

С алкоголем тут довольно печально: либо харам, либо не умеют. Иногда к плову подают забродивший сок молодого винограда, по вкусу он как моча Кисломэна. Я сейчас пишу эти строки и постоянно сглатываю слюну от воспоминаний. Но, говорят, хорошо влияет на пищеварение, мерзавец.

Маленькое гастрономическое открытие — курт, маленькие белые шарики. По вкусу курт похож на кислый солёный сыр, хотя на самом деле ближе к сушеному кефиру. Его продают на любом базаре, россыпью. Курт сухой и почти не портится, зато пахнет специфически: то ли конюшней, то ли недельными носками.

Курт хорошо подходит к крафтовому пиву (мы проверяли на родине), или в качестве сувенира. Почему-то его любят дети. Особенно если не говорить, что это и из чего сделано.

Я буду с восхищением вспоминать узбекский хлеб из тандыра. К концу поездки я научился различать их: рыхлый бухарский, объёмистый самаркандский, плоский и большой кокандский. Мука, яйцо, масло вроде бы везде одинаковые, а хлеб отличается заметно даже для туристического вкуса.

буду с восхищением вспоминать узбекский хлеб из тандыра

Запомню, как хлебопеки лепят десятки тестовых дисков, и ставят в центр каждой печать: кто с молитвой, а кто с номером телефона и именем. Затем умелой рукой сырые лепешки забрасывают на стенку раскалённого тандыра, чтобы спустя полчаса снять ароматными и пылающими.

Никогда бы не подумал, что буду наслаждаться хлебом, словно пирожным.

Самса — тоже занятная штука. Она печется в тандыре, но другом, вертикальном

Самса — тоже занятная штука. Она печется в тандыре, но другом, вертикальном. На стенке толстой глиняной трубы прилипли десятки пельменей из слоёного теста, словно эритроциты размером с кулак. Их снимают большой загнутой лопатой, очищают от пригоревших слоёв, и подают к столу.

Самсу едят в обед, позже её не бывает. Не будешь ведь растапливать тандыр ради тех, кто опоздал! Первый раз мы опасливо заказали в самсушечной три штуки, и мальчик-официант посмотрел на нас недоуменно. Спустя пять минут он принёс за соседний стол три десятка самсы.

Не удивляйтесь, если на столе будет стоять бутылка от колы с прозрачной жидкостью внутри. Присмотритесь, на крышке бутылки есть дырка, а внутри не вода — уксус. Проткните горлышком бутылки самсу и облейте уксусом её горячие внутренности. Так будет лучше и вам, и ей.

Сероводородные источники и чуть-чуть о еде

Сероводородные источники могли быть знаменитыми и туристическими, но не сложилось. Ехать до них из Ферганы часа три, через Маргилан в сторону Намангана. Хлопковые поля сменяются рыбхозами, которые перепахали землю длинными и узкими каналами. Рыбу продают и готовят прямо тут, в одном из множества придорожных кафе. Рыбу следует выбирать живую, в бассейне. Через полчаса подадут на стол её надрезанную и солёную тушу, пожаренную в подсолнечном масле. Рыба — божественная.

Сероводородные источники оказались похуже. В бетонных чанах глубиной по пояс стоит горячая и грязная вода. Она оставляет на коже соль, на теле — ощущение приятной температурной усталости. Это развлечение для неприхотливых.

Сероводородные источники могли быть знаменитыми и туристическими, но не сложилось

По пути из серных источников остановились попробовать дыню. Продавцы расположились прямо у разбитой дороги, поставив у арыка импровизированный топчан и накрыв его парниковой плёнкой для согрева. Дыни лежат на земле подобно снарядам, достаточно показать рукой. Из топчана извлекают нож и режут её прямо тут. Это делают иначе, чем у нас: на дынное тело наносят продольные разрезы и пускают куски по рукам, требуха отправляется в молочные воды арыка.

Первая дыня была прекрасная, давно такой не пробовал. Вторая — дрянь, биомасса. Наши узбекские проводники не постеснялись укорить продавцов: вот, мол, негожий товар, обидели гостей из Москвы. Заплатили мы только за одну дыню.

Сувениры

Узбекский рынок тренирует переговорные практики лучше любого Кэмпа. Без торговли нет покупки. Торговаться не то чтобы стыдно — просто иначе никак нельзя. Процесс состоит из называния первоначальной цены продавцом, её снижения покупателем наполовину, и дальнейшими прениями, двиганием цифры по шкале туда-сюда. Почти всегда удаётся купить на треть дешевле.

14

Для продавцов торговля заменяет светскую беседу. Это своего рода развлечение, и лишить развлечения — значит расстроить. Туристы из Москвы торгуются неумело и показушно, но никто не уходит обиженным!

В Узбекистане нетрудно сойти за своего. Достаточно представляться гостем из Ташкента, «из Госпиталки». В Ташкенте еще осталось немало русских, которые не говорят по-узбекски и выглядят соответствующе. Если цену вам называют в долларах — это плохой знак. Говорите про Госпиталку.

Если цену вам называют в долларах — это плохой знак. Говорите про Госпиталку.

Мы редко встречали в Узбекистане одиноких торговцев или лавочки с чем-то уникальными. А значит можно смело гулять между торговцев, узнавая цену у всех. Нередко они сами включаются в этот танец, споря друг с другом и с покупателем. Конкуренция побеждает, и выигрывают все.

Не покупайте в Узбекистане нож, хоть он и сделан из традиционной дамасской стали, с большими и прямоугольными узорами — его точно отберут на границе. Говорят, нельзя увозить из страны кристаллы сахара, которые я купил на рынке из-за странной формы. Могут изъять старые книги, изделия из серебра и изюм. По слухам, ничего нельзя вывозить, особенно доллары.

Думаю, что это всё ерунда (кроме ножей). Везите смело курт и пару лепёшек в подарок друзьям. Везите носки из верблюжьей шерсти (если найдёте), тутовую бумагу из Конигила, бутылку самаркандского Кагора, курагу и халву. И впечатлений, да побольше.

В Узбекистан стоит вернуться

В Узбекистане хватает удивительных мест. Например, НИИ Солнца с полями позолоченных отражателей, которые многократно фокусируют свет, направляя его на образцы — температура там достигает тысяч градусов. Мы попасть туда не смогли, но М., В., и Л. съездили удачно, разве что на взятки потратились.

Не попал я в Урта-Булак, знаменитое газовое месторождение, вырвавшееся из-под контроля и пылавшее три года, сжигая стаи птиц и превращая пустыню в стекло. Успокоить его смогли только подземным ядерным взрывом.

Не смогли мы попасть в далекий город Нукус, хотя очень туда рвались. Планировали даже рвануть в Нукус из Бухары, но между ними тысяча километров по пустыне. На такую поездку не найти ни сил, ни попутчика.

Очень жалею, что не смог побывать в музее Савицкого. Думаю, что вернуться в Узбекистан стоит ради одного этого места.

Не успели мы побывать и на умирающем Арале. В моей фотокамере нет снимков с рыболовецкими кораблями, которые лежат на брюхе посреди пустыни, не в силах уйти вместе с водой стремительно обмелевшего моря.

В Узбекистане моря почти не осталось. До него ехать сотни километров по образовавшейся пустыне, последние километры — по опасной смеси соли и ила, в которой застревают и тонут машины. Людей там нет, только редкие рыбаки ловят в воде рачка артемия, сушат и продают за доллары в Китай.

В мире трудно найти природные катастрофы планетарного масштаба, за которыми можно наблюдать из самого эпицентра. Аральское море — одно из таких мест.

Вместо резюме

Чтобы пост получился сбалансированным, мучительно вспомнаю хорошее и плохое вперемешку. Не получается, перед глазами встают только приключения, что считаются счастливыми или удачными. Длинные перегоны на нексиях, походы в ресторанчики для своих, десятки красивых мечетей и гробниц, сотни случайных людей вокруг — они все улыбались и делились с нами своими историями.

Нам почти никогда не было плохо, страшно или больно — вроде бы этого опасаются все путешественники. Нам было много раз удивительно и странно, пусть мы и не испытали раболепной радости, что случается в других местах.

33

Я не знаю, как относиться к путешествиям в Узбекистан.

С одной стороны, в триаде «туризм — путешествие — приключение» такая поездка будет болтаться в середине с явным отклонением в приключение. В Узбекистане мало что приспособлено для туристов, за редким исключением пары городов, куда прибывают всякие индусы и прочие французы. Большая часть страны неисследованна хипстерами, про неё нет путеводителя «Афиши» и завлекающих видео от «Монокля». Нетрудно найти места, где вообще не бывали туристы и привезти оттуда уникальные впечатления. Если это, конечно, достойная цель для поездки.

С другой стороны, Узбекистан — это доступная и развитая страна, которая не растеряла восточного колорита. В ней есть древние мечети, но нет злых мужчин в белых одеждах и с бородами. Есть базары, но почти нет уличной преступности. Все вокруг говорят по-русски, но не отравлены русскоговорящей туристической культурой.

Как написали бы в дурацком онлайн-путеводителе, «Узбекистан — это жемчужина в среднеазиатской короне». Глупая банальщина, от которой я пытался отвязаться в начале этого поста, вернулась ко мне снова. Круг замкнулся.

221

После возвращения домой мы с А. испытали странную смесь восхищения и облегчения. Не верится, что ты там был и что ты вернулся домой здоровым. Не знаем теперь, что делать с этим чувством.

 

Полный текст в авторской редакции и другие фотографии в первоисточнике

 

Реклама

1 комментарий

  1. Денис:

    Текст неплохой, но фотограф автор неважный… Самсу в тандыре подавать в ч/б… Это, вежливо говоря, — жопа…

    Нравится

Что вы об этом думаете?

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s